Ранним утром 26 апреля 1988 года, ровно через два года после событий, навсегда изменивших его жизнь, академик Валерий Легасов остался один в своей московской квартире. Он аккуратно разместил шесть аудиокассет в надёжном тайнике. На этих плёнках остался его голос, подробный и беспощадный рассказ о том, что произошло и почему. Закончив это последнее дело, учёный свел счёты с жизнью.
Двумя годами ранее, в ту же самую дату — 26 апреля 1986 года, на Чернобыльской атомной электростанции шла плановая проверка систем безопасности. Четыре реакторных блока работали в обычном режиме. Внезапно, в 1 час 23 минуты и 45 секунд ночи, тишину операторского зала четвёртого энергоблока разорвал глухой, нарастающий гул. Мощнейший тепловой взрыв сорвал многотонную крышку реактора, как картонную, и выбросил в ночное небо смертоносные осколки графита и топлива. Вслед за этим вспыхнул пожар.
Сигнал тревоги прозвучал на ближайшей пожарной части. Расчёт, возглавляемый лейтенантом Владимиром Правиком, прибыл на место уже через семь минут. Перед ними предстало сюрреалистическое зрелище: разрушенное здание, искрящиеся обломки и разноцветное свечение над кратером реактора — так горел графит. Эти мужчины в брезентовых робах и касках, без какого-либо специального снаряжения для борьбы с радиацией, сразу бросились тушить огонь. Они не знали, что уже находятся в эпицентре самой масштабной техногенной катастрофы, которую когда-либо видела планета.
Тем временем в Москве, в высоких кабинетах, первые доклады с места аварии звучали обнадеживающе. Руководство станции и отраслевые чиновники спешили доложить в Кремль, что ситуация стабилизирована, реактор будто бы заглушен, а уровень радиации не представляет серьёзной опасности. Однако скудные и противоречивые данные вызывали сомнения у ряда учёных. Среди них был и Валерий Легасов, первый заместитель директора Института атомной энергии имени Курчатова, один из ведущих советских химиков-неоргаников.
Именно его настойчивость и авторитет сыграли ключевую роль. Легасову удалось убедить высшее руководство страны в необходимости срочно и независимо разобраться в происходящем. В результате было принято решение отправить на место правительственную комиссию. Её возглавил Борис Щербина, влиятельный заместитель председателя Совета Министров СССР, человек с огромным опытом управления в кризисных ситуациях. Валерия Легасова включили в состав комиссии как главного научного эксперта. Уже вечером 26 апреля они вылетели в Припять, ещё не до конца осознавая весь масштаб трагедии, которая развернулась перед ними.
