Нью-Йорк, 1952-й. Молодой парень по имени Марти Маузер, ему всего двадцать три, целыми днями стоит за прилавком обувного магазина. Его пальцы, привыкшие к легкому весу теннисной ракетки, теперь перебирают коробки с туфлями и ботинками. Он откладывает каждый цент, мечтая о билете на пароход до Англии. British Open — главная цель. Ни один американец еще не побеждал в этом турнире, и Марти горит желанием стать первым.
Его игра — это не просто увлечение. Тренеры в местном клубе давно разглядели в нем редкий талант, сочетание хладнокровия и молниеносной реакции. Но таланту нужна возможность заявить о себе на большой сцене. Работа продавцом — лишь временная необходимость, ступенька к чему-то большему.
Как-то в пятницу владелец магазина, довольный его усердием, вызвал Марти в крохотный кабинет. «Хватит тебе коробки таскать, — сказал босс, — Давай займешься бумагами, будешь управлять складом. Зарплата приличная». Предложение было заманчивым, сулило стабильность. Но Марти видел перед собой не счета и накладные, а зеленое сукно стола, летающий целлулоидный шарик и восторженные трибуны Уэмбли. Он вежливо отказался, мысленно уже находясь в Лондоне.
Наступил день зарплаты. Магазин опустел, коллеги разошлись по домам с конвертами в карманах. Только Марти остался ни с чем. Старший продавец, пожилой мужчина по имени Арчи, развел руками: хозяин укатил на выходные в загородный дом, а ключ от сейфа с деньгами взял с собой. Месяц тяжелого труда — и все напрасно. Билет на пароход уплывал буквально на глазах.
Отчаяние, острое и жгучее, сковало его. Он не планировал этого. Пистолет, старый «кольт» отца, всегда лежал на дне его чемодана, больше как память. Но сейчас рука сама потянулась к холодной рукояти. Вернувшись в пустой магазин, он встретил испуганный взгляд Арчи. «Открой сейф, — голос Марти звучал чужим, — Там мои деньги. Я знаю, запасной ключ у тебя». Дрожащими руками Арчи выполнил требование.
Конверт с купюрами оказался в кармане пальто. Марти не смотрел на коллегу, ему было стыдно. Он бросил ключи от магазина на прилавок и вышел на сырые нью-йоркские улицы. Ощущение вины тут же сменилось лихорадочной решимостью. Он шел прямо в порт, не оглядываясь. Через несколько дней палуба парохода «Королева Мэри» встретила его соленым ветром. Атлантика была бурной, но мысли Марти были уже там, в зале, где ему предстояло сразиться за титул и славу.
